Мечта — не призрак, не туман,
А карта в неизведанный край,
Где каждый шаг — как океан,
Где страх теряет власть и край.

Она рисует небосвод
Там, где пока лишь потолок,
И превращает в свой полёт
Твой самый первый робкий шаг.

Не спрашивай: «А если — нет?»
Спроси: «А если всё же — да?»
И ты увидишь новый свет,
Где не живёт уже «никогда».

Мечтай так смело, чтобы звёзды
Спускались ближе по ночам,
И помни: самые большие
Дороги начинаются в мечтах.

Бывает так: вокруг шумит
Нетерпеливый рой минут,
Звенят дела, и время мчит,
И дни куда-то вдаль текут.

А ты стоишь — и в сердце гладь,
Как в тихом зеркале воды,
Где можно просто не играть,
Не прятать правды наготы.

Не нужно слов, не нужно фраз,
Ни оправданий, ни ролей —
Позволь себе хотя бы раз
Быть просто сутью без теней.

Внутри — поля, леса, ручьи,
И свет, идущий без огня,
Там нет ни страха, ни ничьей
Оценки прожитого дня.

И если мир сожмёт виски
И круг забот сомкнёт сильней —
Закрой глаза: в глуби, в тиши
Есть дом для уставших людей.

И ты — один из них. И там
Тебя не судят, не клянут.
Там сердце возвращают нам
В его изначальный уют.

Не всё, что ценно, продаётся,
Не всё, что дорого, — в цене.
Порой простое, незаметно,
Дороже всех сокровищ в дне.

Цена — не цифра на ценнике,
Не сумма в чьём-то кошельке,
А то, чем платишь ты по жизни
За каждый шаг в своей строке.

За смелость — страхом и сомненьем,
За правду — часто одиночеством,
За веру — горьким разочарованьем,
За любовь — безмолвным отчеством.

Считай не деньги, а поступки,
Не стоимость, а глубину —
И ты поймёшь: наивысшая цена —
Та, что платишь самому себе.

Ты — как утро сентября,
Тихий свет в моём окне.
Я — как вечер декабря,
Что мечтает о весне.

Ты — как первая строка
В книге, что ещё не прожита.
Я — как точка далека,
Что судьбою предрешена.

Ты — как музыка в тиши,
Что звучит без слов и нот.
Я — как эхо из души,
Что отклик тебе найдёт.

Ты — как тёплый летний дождь,
Что смывает пыль дорог.
Я — как осенина дрожь,
Что согреться не смогла.

Но когда мы вместе — мы
Словно первый день весны,
Словно светлые мечты,
Словно ветви сирени.

Ты и я — две половинки,
Что искали путь века.
Ты и я — не просто снимки,
А дыханье одного сердца.

За окном дождь стучит неспроста,
Растворяя в тумане мосты.
На душе — тишина и прохлада,
И за мечтой улетают мечты.

Уплывает бумажный кораблик
По ручью от апрельских тепла.
В каждой капле — отдельная вселенная,
Свет, что землю теплом обнял.

Мама, почему так больно?
Сердце сжато, будто в тисках,
Слёзы падают тихо-тихо,
Каждый день — словно в долгах.

Ты бы знала, как мне трудно,
Как темно внутри бывает,
Как душа моя устала,
Как надежда угасает.

Ты б погладила по волосам,
Как когда-то, нежно-нежно,
И сказала бы: «Всё пройдёт,
Боль не будет вечной, прежней».

Но сейчас так одиноко,
И не видно мне рассвета,
Только боль сжимает горло,
И душа теплом не согрета.

Мама, я так устала биться,
Устала сильной быть всегда,
Можно просто рядом плакать —
Без «держись» и без «нельзя»?

Потому что боль — живая,
Дышит, бьётся у висков,
И порой так хочется скрыться
От её тяжёлых шагов.

Но я знаю — ты б обняла,
Прошептала: «Держись, родная»,
И в одном простом «держись»
Вся любовь была б земная.